РАЗДЕЛ III

Феодальное общество в Азербайджане

ГлаваXII

ПОЛИТИЧЕСКАЯ, СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И КУЛЬТУРНАЯ ИСТОРИЯ АЗЕРБАЙДЖАНА В III - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ VII вв.

Эпоха средневековья, насчитывающая пятнадцать столетий - один из важнейших этапов нашей отечественной истории. В этот период зарождаются, укрепляются и разлагаются феодальные отношения. На территории исторического Азербайджана происходят важные события, имевшие решающее значение в жизни всего региона; их последствия дали о себе знать и в последующие столетия.

На севере распространяются различные толки христианства, а юг превращается в оплот зороастризма.

Многочисленные племена и народы проникают на нашу территорию.

Ислам распространяется и превращается в господствующую религию. Завершается формирование азербайджанского языка и тюркоязычного азербайджанского народа.

Возникают большие и малые государственные образования. Развиваются культура, наука, литература и искусство, снискавшие азербайджанскому народу мировую славу.

Возникновение и становление феодальных отношений.
Система управления и обложения.

В политической истории Азербайджана начало средневековья Ознаменовалось включением во второй половине III в. южнокавказских земель в состав Сасанидской Империи - одного из крупнейших государств раннего средневековья. Это был период, когда во всех странах Средиземноморья и Передней Азии в связи с кризисом рабовладельческого строя зарождались зачатки более прогрессивной общественно-экономической формации - феодализма. Данные процессы, имевшие решающее значение для этих стран, охватили и области исторического Азербайджана, в которых, однако, в отличие от обществ с укоренившимися традициями рабовладельческого строя, феодальные производственные отношения, во-первых, сформировались раньше, а во-вторых, протекали более интенсивно.

В период господства феодальных отношений в Азербайджане сложились государственная (в лице государя) и частная формы собственности на землю. В раннефеодальную эпоху преобладала государственная форма собственности. С развитием феодальных отношений, формированием класса феодалов и частной собственности на землю происходит процесс постепенного перевода основного земельного фонда от государства в руки родовой знати. Развитию частного землевладения, кроме того, способствовала и политика албанских и персидских царей, раздававших отдельные села и области представителям господствующего класса.

В Албании, в северной части исторического Азербайджана, существовали две формы частной феодальной собственности на землю: 1) безусловное или наследственное землевладение (дастакерт), возникшее в результате распада общинного землевладения и раздачи земель государством представителям господствующего класса на вотчинном праве; 2) условное землевладение (хостак), явившееся результатом временной передачи земель со стороны того же государства представителям господствующего класса за их службу в качестве вассалов.

Переход от условного к наследственному землевладению со временем стал традиционным явлением. Владельцами дастакертов были государь и крупные феодалы, а держателями хостакав - мелкие служащие и духовенство.

Хотя в раннефеодальную эпоху в Албании преобладает форма безусловного землевладения, позднее, господствующим становится условное землевладение.

Наряду с этими двумя формами частной феодальной земельной собственности еще существовала земельная собственность храмов и церквей, а также общинная и частная крестьянская земельная собственность. Служители культа за несение церковной службы также обеспечивались земельными участками (хостаками).

В этот период и в южной части исторического Азербайджана - Адурбадагане существовали общинные земли, частные земельные владения, пожалованные шаханшахом как условные, земли крупных феодалов, являвшихся наследственными владетелями областей, а также храмовые земли. Здесь также, как и в Албании, наследственные земельные владения именовались дастгирдами (дастакертами), а условные земельные владения- хвастаками (хостаками).

По сведениям источников, албанское общество делилось на феодалов (азатов), являвшихся в это время господствующим классом и крестьян (шинаканов) - производителей материальных благ. Представители господствующего класса в этих источниках обозначаются терминами нахарары, нахапеты, азгапеты и т.д. Однако в отличие от термина "азаты", обозначавшего вообще класс феодалов, термин "нахарары" исключительно относился к высшему слою привилегированного сословия.

Внутри господствующего класса постепенно складывалась феодальная иерархия. Во все более централизуемом государстве укреплялась власть государя (ишхана). Как глава светской и духовной власти, он обладал законодательным правом, возглавлял совещательный орган, был главнокомандующим военными силами.

Высшую ступень общественной лестницы привилегированного сословия занимали крупная высшая и средняя владетельная знать, а следующую - мелкослуживая знать.

В ранний период правления Сасанидов Азербайджан превратился в одни из многочисленных вилайетов (шехров) их империи. Вилайеты возглавлялись шехридарами (шехрийарами), провинции - пайгоспанами (падоспанами, а по арабским источникам - базусбанами).

Согласно надписи, обнаруженной в древнем иранском храме "Кааба Зороастра" (существовал еще до нашей эры в местности Нагши-Рустам вблизи иранского города Истахр), Ираншехр (Иранская страна) охватывал "Туран, Макуран, Парадан, Хиндустан и Кушаншахр, вплоть до Пешкабура и Каша, Согда и Чача". Согласно другой надписи, обнаруженной там же, "страну Армению, Иберию, Албанию и Баласакан вплоть до Албанских ворот Шапур-шаханшах со своими конями и людьми разграбил, сжёг и опустошил".

В отличие от Адурбадагана, превратившегося с приходом Сасанидов к власти в одну из провинций империи, Албания смогла сохранить относителыную самостоятельность и своих государей из династии Аршакидов, находившихся у власти еще с I в. н.э. В большей мере этому способствовали географическое расположение и стратегическое значение Албании, нежели поддержка ее правителями Сасанидов в длительной борьбе Ирана с Византией.

Основными ведомственными должностями Албании V - VI вв. являлись хезарапет, хараманатор, спарапет. На раннем этапе существования Сасанидского государства и сасанидское войско возглавлялось хезарапетом (буквально: тысячник), однако позднее смысловое значение этого титула расширяется, поскольку он присваивается также хранителю шахской казны и главному конюху. Лицо, занимавшее должность хезарапета в Албании, возглавляло ведомство государственных доходов, хараманатор же, так же как и в Иране, являлся везиром и ведал всеми государственными делами. Что касается спарапета, то если данный титул у Сасанидов присваивался только начальнику кавалерии, в Албании он имел отношение к главнокомандующему всеми военными силами.

В Албании существовали два типа судебной власти - церковный и придворный (царский) суд. В церковном суде рассматривались дела церковных деятелей, нарушавших закон и не выполнявших религиозные обязанности, а в придворном суде разбирались конфликты, возникавшие между духовенством и знатью, а также тяжкие преступления.

В Адурбадагане, перешедшем в полное подчинение Сасанидов и превратившегося в дастакерт шаханшаха, как и во всей империи, население по своей классовой структуре делилось на четыре сословия: жрецы, воины, писцы и четвертое - податное сословие. Последнее - четвертое сословие охватывало все трудовое население - земледельцев, скотоводов, ремесленников и торговцев. Основную массу трудового населения Атропатены составляли свободые крестьяне, объединившиеся в общины. Следует отметить, что основная часть налогоплательщиков в Албании состояла из представителей эксплуатируемого класса - зависимых от феодалов шинаканов, т.е. крестьян, объединившихся в крестьянских общинах. Как в Албании, так и в Адурбадагане во главе этих общин стояли старосты. Крестьяне в Албании делились на три категории: имущие, бедствующие и безземельные издольщики-арендаторы.

Эволюция крестьянской общины, постепенное втягивание членов этой общины в феодальную кабалу сыграло большую роль в процессе образования феодально-зависимого крестьянства. Из сообщений источников следует, что хотя основу производства в Албании составлял труд крестьян, вместе с тем в домашнем хозяйстве, а также в области государственного строительства применялся труд рабов. Как пишет Фавстос Бузанд (V в.), албанский правитель Уриайр (IV в.), обращаясь к своим воинам, говорил: "...Помните же, когда мы заберем в плен греческие войска, то многих из них надо оставить в живых, мы их свяжем и отведем в Албанию и заставим их работать как гончаров, каменотесов и кладчиков [стен] для наших городов, дворцов и других нужд". Местный источник сообщает и о превращении царем Вачаганом III в рабов всех магов и заклинателей.

Итак, в период раннего феодализма рабовладение в Албании, хотя и в примитивной форме, существовало лишь в виде уклада. Что касается Адурбадагана, то там рабовладение, также оставаясь в форме уклада, было более развитым. Рабы трудились в деревенских и храмовых хозяйствах, на шахских промыслах. Иногда они даже наделялись участком земли для личного пользования. Таким образом, в Адурбадагане, в отличие от Албании, формирование феодально-зависимого крестьянства происходило не только за счет эволюции крестьянской общины и попадания ее членов в кабальную зависимость феодала, но и являлось следствием появления новой формы эксплуатации рабского труда.

По сведениям источников, на раннем этапе формирования феодальных отношений основную форму эксплуатации составляли церковные и светские подати, взимавшиеся натурой. В Албании существовали следующие виды религиозно-церковных податей: подушная подать, церковная десятина, налог на урожай, налог за упокой души умершего.

Согласно закону, изданному Шапуром II, неплательщик подушной подати в Адурбадагане порабощался уплатившим за него подать.

При Хосрове I подушная подать (газидаг-джизья) взималась со всех мужчин от 20 до 50 лет; от ее уплаты были освобождены знать, писцы, воины, жрецы и чиновники.

Свободные шинаканы помимо эксплуатации их со стороны церкви подвергались двойному гнету: как своего Албанского государства, так и Сасанидской империи, чьим вассалом являлась Албания. Крестьяне-общинники наряду с подушной податью уплачивали земельный налог в размере 1/5 части урожая; с ремесленников и купцов взималась дань (бадж) в виде пошлины. В Адурбадагане помимо подушной и земельной подати с населения собирались всевозможные поборы: налог на строительство и ремонт городских стен, очистку и сооружение новых каналов и т.д.

В IV-V вв. в условиях роста числа наследственных частных землевладельцев, развития частного феодального землевладения и оживления товарно-денежных отношений государственная рента уплачивалась не только натурой, но и деньгами. Бремя налогов, способствуя обнищанию населения, приводило к тому, что мелкие землевладельцы для уплаты налогов зачастую были вынуждены продавать или закладывать свои земельные участки; все это в конечном счете вело к росту обезземеливания мелких землевладельцев.

Природные богатства, занятия населения.
Город и городская жизнь.
Административные единицы.

Укрепление феодальных отношений создавало условия для развития производительных сил. Письменные источники, археологические и этнографические материалы свидетельствуют об особом развитии в этот период в Азербайджане земледелия, скотоводства и ремесла. Благоприятный климат, плодородные земли, наличие полноводных рек, все более расширяющиеся сети искусственного орошения (нынешний Гявурарх и др.), наличие летних и зимних пастбищ (яйлагов и гышлагов) создавали объективные условия для такого роста. Земледелие, садоводство, бахчеводство и виноградарство получили особо широкое развитие на Кура-Араксинской и Прикаспийской низменностях, а также в Нахчыване. Плодородные оазисы и предгорья Южного Азербайджана позволяли успешно заниматься выращиванием зерновых культур (пшеницы, ячменя, риса и т.д.), развивалось скотоводство. Остатки семян ячменя, пшеницы, проса, хлопка, специальные ямы-хранилища, сооруженные для хранения этих продуктов, а также многочисленные земледельческие орудия, обнаруженные во время археологических раскопок (в Мингечауре, Хыныслы и др.) свидетельствуют о высоком уровне земледелия в средневековом Азербайджане. Сообщения античных и раннесредневековых авторов также подтверждают то обстоятельство, что в Азербайджане, как в его северных, так и в южных областях наряду с земледелием в достаточной степени были развиты скотоводство, в т.ч. коневодство и рыболовство. В этом плане особенно интересным представляется следующее сообщение об Албании, приводимое Моисеем Каланкатунским: "Албанская страна, расположенная среди высоких Кавказских гор, в изобилии располагает многими природными богатствами. Величественная река Кура, медленно протекающая по территории этой страны, несет с собой крупные и мелкие рыбы и, наконец, впадает в Каспийское море. На расположенных вдоль нее равнинах с обильным зерном и виноградом, нефтью и солью, шелком и хлопком имеются также бесчисленные маслинные деревья. В горах добывается золото, серебро, медь и охра: из диких зверей здесь можно встретить льва, пантеру и онагра (дикого осла), из многочисленных видов птиц - орла, сокола и др. Столицей ее является величественный Партав (Барда)".

Письменные и археологические памятники свидетельствуют о том, что в раннесредневековой Албании процесс образования новых городов (Партава-Барды, Байлакана и др.) шел наряду с расцветом старых (Кабалы, Нахчывана, Дербенда и др.). В то время в Албании существовали три типа городов, к первому из которых относились Барда (Партав), Дербенд, Кабала, Чола и Байлакан. Располагаясь на международных транзитных торговых путях и являясь административными и торгово-ремесленными центрами, эти города в источниках характеризуются "великими" и "славными". Ко второму типу городов следует отнести ремесленные и торговые центры, основанные вдали от главных торговых путей (Шедси, Шамкир, Гирдиман, Нахчыван и др.). Такие города одновременно служили крепостями, где размещались воинские отряды. Города третьего типа, будучи административными центрами феодальных областей, на самом деле, с социально-экономической точки зрения представляли собой полугородские населенные пункты с земледельческим характером хозяйства (поселения Торпаккала в Кахском р-не, Гяуркала в Агдамском р-не и др.).

По сообщениям источников, этими городами управляли местные правители - гордзакалы. Столицей Албании до V в. был город Кабала, просуществовавший до XVIII в. Археологическими раскопками на городище Кабала, наряду с многочисленными остатками жилых и общественных сооружений, обнаружен также клад монет, чеканенных от имени сасанидского правителя Бахрама II. В V в., из-за участившихся набегов хазар, экономическое и политическое значение Кабалы несколько уменьшилось, вследствие чего столица страны была перенесена в Барду. Однако центр албанской церкви до середины VI в. продолжал находиться здесь.

Начиная с V в. столицей Албании стала Барда, расположенная на пересечении важнейших торговых путей. Здесь находилась резиденция последних Аршакидов и пришедших к власти после них Михранидских князей. Этот город, являвшийся центром торговли и ремесла, в 628 г. в ходе ирано-византийских войн был разрушен хазарами, воевавшими на стороне Византии, но вскоре был восстановлен. В источниках, в числе известных городов этого времени упоминаются также Шафран, Шамахы, Халхал, Амарас, Хуная и др.

А в южной части Азербайджана наиболее известными городами этого времени были Ардабил (Базан-и Пероз-Фейруз), Газака, Марага (Афрахруз), Тебриз, Урмийа и др. Из них Газака, Марага и Ардабил в разные времена являлись столицами Атропатены - Адурбадагана.

С ростом производительных сил, развитием и укреплением феодальных отношений, а также в связи с увеличением роли городов в экономике Албании и Адурбадагана произошли определенные изменения и в социальной структуре городов - появились свободные ремесленники, порвавшие связь с земледелием. В Адурбадагане эти ремесленники вместе с мелкими торговцами объединились в особое сословие.

В Азербайджане, обладающем богатой сырьевой базой и всевозможными материальными ресурсами, были развиты различные виды ремесла, в т.ч. ткачество и гончарное дело, изготовление металлических, деревянных, кожевенных и стеклянных изделий, ювелирное дело и т.д. Остатки тканей и ковров, различные ткацкие станки, фаянсовые и стеклянные сосуды, гончарные печи, предметы украшения, обнаруженные во время археологических раскопок на территории исторической Албании (в Байлакане, Мингечауре, Кабале, Шамах, Торпаккале и др.), подтверждают сообщения письменных источников, упоминающих о ремесленном деле этого периода. Об отраслях ремесел, получивших широкое развитие в южной части Азербайджана в III-VII вв. и об искусных мастерах, занятых в этих отраслях, сообщают и среднеперсидские источники, в которых упоминаются имена портных, кузнецов, дубильщиков, хлебопеков, красильщиков, ковроткачей, гончаров, ювелиров, седельщиков, каменщиков, столяров и прочих мастеров. Эти мастера, размещаясь по роду занятий в отдельных кварталах (махаллах), объединялись в корпорации и цеха.

До середины V в. между сасанидокими шахами и албанскими правителями существовал союз, скрепленный междинастическими браками. В битве между римлянами и иранцами, происшедшем близ Амида (359 г.), сасанидского шаха Шапура II сопровождал албанский царь Урнайр, который был женат на сестре шаха. В сражении на Дзиравском поле (371 г.) против объединенных римско-армянских войск Урнайр вновь воевал на стороне сасанидокого шаха, что, впрочем, не мешало сасанидским правителям взимать с албанского населения в свою пользу различные подати, а также использовать его на крупных строительных работах, во время военных походов, и т.д.

По сообщениям письменных источников, Албания, сумевшая сохранить в этот период относительную самостоятельность в административно-территориальном отношении делилась на гавары - области и наханги - провинции. Левобережная Албания делилась только на гавары. Из одиннадцати гаваров, упомянутых в "Армянской географии VII в.", местный албанский источник называет Кабалу, Шеки, Камбисену и Эджерий; три первые представляли собой епископства. В левобережную Албанию также входили провинции Лпиния и Чола, до конца V в. сумевшие сохранить внутреннюю автономию и утратившие её лишь при Вачагане III.

Правобережная же Албания делилась на четыре крупных провинции (наханга) - Арцах, Ути, Пайтакаран и Сюник. Каждый из этих нахангов в свою очередь подразделялся на более мелкие гавары, представлявшие собой церковно-административные единицы.

При Сасанидах Албания, как и раньше, занимала территорию, простиравшуюся от Дербенда на севере до р.Аракс на юге, и от Иберии на западе, до Каспийского моря на востоке.

Религии и верования Албании и Адурбадагана.

Первые христианские общины возникли в Албании еще в начале первых веков нашей эры, когда сюда начали проникать апостолы и ученики апостолов из Иерусалима, из Сирии. Однако, окончательное принятие христианства в качестве государственной религии связано с именем албанского царя Урнайра. В 313 г. феодальная албанская знать во главе с Урнайром приняла христианство, которое, однако, не сумело превратиться в общенародную религию. Среди населения все еще были широко распространены древние верования - идолопоклонство, манихейство, зороастризм. Согласно Моисею Каланкатуйскому, албанские цари Урнайр, Ваче II и Вачаган III вели ожесточенную борьбу против различных языческих верований, стремясь к их искоренению. Вачаган III даже запретил строительство зороастрийских храмов в Арцахе, где было много приверженцев огнепоклонства. Таким образом, благодаря усилиям албанских царей, христианство превратилось в господствующую идеологию только что зарождавшегося феодального общества, начав играть важную роль в общественно-политической жизни в Албании.

В IV-V вв. албанская церковь, также как и соседние грузинская и армянская, находилась в непосредственной зависимости от церкви Римской. Чтобы подтвердить свой епископский сан, главе албанского духовенства, для получения рукоположения, приходилось ездить в Иерусалим, Рим или в Кесарию. На Двинском соборе, созванном в 506 г., албанская церковь вместе с армянской и грузинской, признав монофизитское учение (последователи которого в отличие от диофизитов, утверждавших о божественном и человеческом начале Христа, признавали только божественную его природу), отделилась таким образом от Византийской церкви, приверженной диофизитству. На соборе, созванном в 551 г. в том же Двине, албанская церковь, на этот раз официально порвавшая с имперской церковью, стала автокефальной (самостоятельной). Сасаниды, соперничавшие с Византией, делали все возможное для упрочения монофизитското учения в подвластных им кавказских странах. С этого времени глава албанской церкви официально стал именоваться католикосом - архиепископом-патриархом.

Хотя Адурбадаган, к этому времени утратил свою политическую самостоятельность, однако его роль как религиозно-культурного центра возросла еще больше, во многом благодаря местонахождению главного сасанидского храма огнепоклонников Адургушнаспа (Азергешесба, Азершиза), в южноазербайджанском городе Шиз. По сложившейся традиции каждый шаханшах, пришедший к власти, должен был пройти пешком от столицы государства Ктесифона (Медаина) до Шиза, оплота мобедов.

Наряду с огнепоклонничеством среди адурбадаганского населения бытовали и другие религии и верования, а также учения (христианство, несторианство и т.п.). Однако, после провозглашения христианства государственной религией в Римской империи христиане Азербайджана стали подвергаться гонениям; эти гонения несколько стихли только во второй половине V в. с при- нятием христианской церковью Сасанидской державы несторианского учения. В V-VII вв. на территории Азербайджана насчитывалось более двадцати епископств восточно-сирийской-несторианокой церкви.

В IV-V вв. слабое в экономическом и политическом отношении албанское духовенство не могло еще играть ведущей роли даже при решении церковных вопросов. Албанские цари сами назначали епископов, созывали церковные соборы и т.д., занимаясь таким образом и вопросами чисто религиозного свойства. Такое положение можно объяснить, с одной стороны, слабостью идеологических устоев церкви среди населения, а с другой - прочностью централизованной власти в стране. В результате укрепления экономических и политических позиций албанской церкви в VI-VII вв. албанскому католикосу удается приобрести самостоятельность при решении церковных вопросов и руководстве законодательным собором.

С ростом политического могущества Византии в конце VI - начале VII в. албанская и грузинская церкви примкнули к диофизитству, а на Двинском соборе, состоявшемся в 607 в., грузинская церковь официально отделилась от армянской церкви. Албанская церковь хоть официально не отделилась от армянской, тем не менее некоторые общины придерживались диофизитского учения; отреклись от него лишь в период арабского владычества и то при активном противоборстве армянской церкви.

Албания при последних Аршакидах.
Маздакитское движение и его последствия.
Вторжения северных племен.

До VI в. в Албании, находящейся в вассальской зависимости от Сасанидов, у власти стояли цари из династии Аршакидов, а начиная с VII в. ею стали править великие князья из рода Михранидов. В источниках упоминаются имена десяти правителей из династии Аршакидов: Вачагана I (Храброго), Ваче I, Урнайра, Вачагана II, Саргавана, Сато, Асая, Есуагена, Ваче II, Вачагана III (Благочестивого).

Вторым после Урнайра видным албанским царем был Есуаген. При его правлении путем реформирования старой письменности был создан новый алфавит. Хотя автором алфавита трех народов Кавказа - албан, грузин и армян, традиционно считается Месроп Маштоц, сравнительный анализ источников показывает, что основная работа была выполнена талантливым переводчиком Бениамином Сюникским. Появление собственного алфавита способствовало открытию, по инициативе Есуагена, частных школ для албанских детей, которых он велел обучить премудростям письма и даже обеспечить их помещениями и питанием за счет государства. В это же время начинается работа по переводу религиозных и светских трудов с сирийского и греческого языков на албанский.

В V в. Сасанидский шаханшах Иездигерд II (438-457), воспользовавшись политической разобщенностью народов Кавказа, занятостью Византии войной с Атиллой и улаживанием церковных конфликтов, пытается утвердить зороастризм в качестве государственной религии, в т.ч. в Албании и положить конец ее относительной самостоятельности.

Для осуществления этой политики, ставившей себе целью политическое и экономическое закабаление населения северной части Азербайджана вместе с остальными народами Южного Кавказа, Йездигерд II удвоил налоги и отменил церковные привилегии, а чтобы ослабить сопротивление кавказцев, под благовидным предлогом борьбы с кочевниками перебросил местную конницу на северо-восточную окраину империи.

Именно в это время, т.е. в начале V в., усиливается приток новых тюркоязычных племен на Кавказ. Чтобы предотвратить их набеги, совершавшиеся главным образом через Дербендский (Чолинский) проход, сасаниды приступили к сооружению мощной оборонительной линии. Непомерные расходы и тяжкий труд по сооружению этих укреплений легли на плечи албанского народа.

Указ Иездигерда II о запрещении христианства и обязательном принятии зороастризма усугубил и без того напряженную ситуацию, сложившуюся в стране. Чтобы спасти государство от распада, нахарары Албании, Иберии и Армении формально объявили о своем принятии зороастризма. Для распространения новой религии среди населения в Южный Кавказ были отправлены 700 маджусов (магов), 300 из которых прибыли в Албанию. Эта мера, а также тяжелые жизненные условия, стали причиной общекавказского антисасанидского восстания. Во время этого восстания, происшедшего в 450-451 гг. и вскоре превратившегося в народную освободительную войну трех кавказских народов, положение албан стало более тяжелым. Так, в Пайтакаране и Чоле было размещено многотысячное иранское войско. Албанский царь Ваче II, пришедший к власти после Есуагена, заключил договор с тюркским племенем оногуров, входивших в гунно-булгарский племенной союз. Однако оногуры, нарушив свое обещание, не приняли участие в решающей и победной для сасанидов битве, происшедшей между повстанцами и сасанидским войском под Аварайром (между нынешними городами Маку и Хой). Только спустя год, в 452 г., они вступили на территорию Южного Кавказа, разграбив не только земли Ирана, но и Византии и дошли до Месопотамии.

После смерти Иездигерда II в 457 г. Ваче II, воспользовавшись происходившей в это время междоусобной борьбой за власть в Иране, вновь принял христианство. Для предотвращения новых выступлений гуннов, он уничтожил отряд иранских войск, размещенный в Чоле и занял этот проход своими войсками. Наконец, в 459 г. Ваче II объявил о своем неповиновении новому сасанидскому шаханшаху Перозу. Военные действия между Албанией и Ираном, начавшиеся в том же году, продолжались вплоть до 463 г. Пользуясь поддержкой своих союзников - маскутов и соседних горцев, албаны в течение двух лет сражались против сасанидских войск. Подавить это восстание удалось только после того, как в 462 г. оногуры, нанятые Перозом за большую мзду, перейдя через Албанские ворота (Дарьяльский проход), вторглись в Албанию. Эта война, принесшая много бед и несчастья стране и ее народу и разрушившая большую часть Албании, завершилась отречением Ваче II от трона. Тем самым в 463 г. господство династии Аршакидов в Албании было прервано. Северная часть Азербайджана также была превращена в марзбанство и перешла в подчинение марзбана - наместника Сасанидов. Резиденция наместника и столица были перенесены из Кабалы, подвергавшейся постоянным нашествиям кочевых племен, в относительно безопасную Барду. Но в 481-484 гг. в Южном Кавказе, в т.ч. и в Албании, возникло новое антисасанидское движение. Новый шаханшах Валарш (485-488), учитывая политические распри, происходившие внутри империи и ее тяжелое экономическое положение, был вынужден положить конец политике религиозного преследования кавказцев, заключить с ними Нварсакское соглашение на условиях, предъявленных повстанцами. Все это привело к тому, что в Албании была восстановлена власть династии Аршакидов. После почти 30-летнего "безцарского" периода новым обладателем албанского престола стал племянник Ваче II - Вачаган III Благочестивый (487-510). Были восстановлены прежние привилегии албанских царей, знати и духовенства, снижены налоги, а страна в целом была избавлена от обязанностей посылки своей конницы в состав сасанидской армии.

Правление Вачагана III, последнего представителя албанских Аршакидов, стало эпохой политического и культурно-религиозного возрождения Албании. Вачаган III, стремясь объединить страну под единым христианским знаменем, делал все возможное для искоренения зороастризма и других верований, открывал школы, сооружал новые и восстанавливал старые, ветхие церкви и монастыри. С целью укрепления пошатнувшегося положения албанской церкви, приумножения ее экономической мощи, укрепления ее самостоятельности и вместе с тем, усиления государственной власти Вачаган III велел созвать Алуэнский (Агуэнский) собор. Законы, принятые на этом соборе и отражающие социально-правовые отношения различных слоев населения, являются единственным дошедшим до нас историко-правовым документом раннесредневековой Албании. Этот кодекс законов, состоявший из введения и 21 статьи, помимо регламентации отношений церкви с поддаными Албанского государства из всех слоев населения, относил к ведению главной церкви решение бракоразводных и судебных дел, а также установил ряд налогов в пользу церкви. Алуэнские законы, упорядочивавшие феодальные основы христианства, ускорили развитие феодальных отношений в Албании.

Именно в это время Сасанидский Иран был потрясен движением, возглавляемым Маздаком, которого источники характеризуют как еретика-мобеда. Сторонники его вероучения, объединявшего в себе элементы зороастризма, манихейства, философских учений эллинистического мира и христианских сект, проповедовали идеи равенства, порицали воровство, обман, притеснение, боролись против эксплуатации трудового населения жречеством и светской знатью. Эти призывы нашли отклик в народных массах, недовольных тяжелым экономическим положением, а также сословной дискриминацией и привели, наконец, к восстанию 491 г. Непосредственным поводом для этого восстания был голод, обрушившийся на страну в результате стихийных бедствий. В итоге знатным родам и зороастрийскому жречеству был нанесен тяжелый материальный и моральный ущерб. В первое время, т.е. до 496 г. учение Маздака чисто с политическими целями для ослабления жречества и знати поощрялось даже самим шаханшахом Кавадом (488-531). Сделав Маздака своим советником, он воспользовался силой маздакитов, среди которых было много средних землевладельцев, ставших впоследствии опорой шаха.

Однако, после своего второго воцарения (с 499 г.) на трон, Кавад, не нуждавшийся уже в помощи маздакитов и опасаясь расширения их влиятельного движения, отказался поддерживать последователей своего бывшего советника. Укреплению авторитета Кавада способствовали и его военные успехи на византийском и кавказском фронтах.

При правлении Вачагана III, в 503 г.. кочевые сабиры (савиры), положившие конец союзу оногуров, вторглись через Дербендский проход, охраняемый войсками Сасанидов, в Албанию и захватили ее и Иберию. Лишь через пять лет, в 508 г. сасанидским войскам, возглавляемым шаханшахом Кавадом, удалось изгнать сабиров из пределов Южного Кавказа и вернуть под свой контроль Дербендский и Дарьяльский проходы.

В этой сложной политической и экономической обстановке сасаниды, добившись наконец-то стабилизации положения в центре, в 510 г. покончили с господством династии Аршакидов. Власть в стране вновь перешла в руки сасанидского марзбана.

В 531г. на сасанидский престол вступил сын Кавада Хосров I Ануширван(531-579), который еще за два года до своего восхождения на царский трон с одобрения своего отца окончательно подавил маздакитокое движение. Многие последователи Маздака, часть которых, спасаясь, бежали в горные районы Азербайджана, Дейлема и Табаристана, были казнены. Положение жречества и родовой знати ослабло, власть шаханшаха, получившего всю полноту верховной власти, окрепла.

Основная политическая линия, осуществляемая сасанидским режимом в Албании, как и раньше, заключалась в усилении зависимости от империи и обеспечении защиты северных рубежей. Охрана кавказских проходов имела, безусловно, важное значение не только для Ирана, но и для Византии. Учитывая это обстоятельство, Византия еще в 442 г. заключила специальный договор с Ираном, согласно которому обязалась за охрану Аланского прохода ежегодно выплачивать Сасанидам определенную сумму "золота". А для укрепления Дербендского прохода, называемого и Албанскими воротами, Сасаниды соорудили пять рядов оборонительных стен, тянувшихся от гор до самого моря и разместили здесь сторожевые отряды. Любопытно, что Иран, Византия, а в иной раз и Албания, охранявшие кавказские проходы от нашествий племен гунно-булгарского союза, при случае вступали со своими противниками в союз и пользовались ими в своих военных целях. Так, сабиры, воевавшие в начале VI в. против сасанидов, уже в 516 г. участвовали в сражениях за Южный Кавказ в качестве наемников то на стороне Ирана, то Византии. В середине VI в. кочевые авары, прибывшие на Кавказ, нанесли поражение сабирам. После этого часть сабиров поселилась на территории между нынешней Акстафой и Шамкиром. С этого времени хазары, входившие вместе с сабирами, булгарами, барсилами и прочими тюркскими племенами Кавказа в состав Тюркского каганата, охватывавшего обширную территорию от Монголии до Черного моря, стали играть ведущую роль среди этих племен.

В 553 г. Албания подверглась нашествию хазар. Согласно сведениям "Истории албан" грабежи и разрушения от этих нашествий были столь серьезными, что резиденция албанского католикоса в Чоле была перенесена в новую столицу страны Партав (Барду). Иранский шаханшах Хосров Ануширван I сумел наконец-то одолеть хазар, после чего разместил в Албании 10 тысяч взятых из них в плен.

Ирано-византийские распри, возникавшие из-за Албании, преследовали не только политические, но и экономические цели: хазары и другие кочевые племена, выступившие в сложнейшие для Византии моменты в качестве ее союзников, стремились поживиться за счет богатых городов Азербайджана и Албании. Договор о перемирии между Ираном и Византией, заключенный в 562 г., позволил урегулировать положение на северных границах.

Движение маздакитов, предоставившее шаханшаху всю полноту верховной власти, вскрыло и слабые стороны внутренней жизни государства и потрясло его основы. В результате Хосров I осуществил реформы: военную, административную и податную, направленные на упорядочение административного устройства и экономики страны.

В источниках, составленных очевидцами борьбы населения Азербайджана против чужеземных захватчиков, сообщается о новой административной реформе Хосрова I, преследовавшей, в частности, цель укрепления обороноспособности империи. Вот что писал об этом ад-Динавери: "(Хосров) Ануширван поделил страну на четыре четверти (части). Первая четверть состояла из Хорасана, Сиджистана и Кирмана, вторая - из Исфахана, Гума, ал-Джибала, Азербайджана и Арминийи, третья охватывала территорию от Фарса и ал-Ахваза до ал-Бахрейна, а четвертая - от Ирака до рубежей страны Рум". Во главе этих четвертей, которые по административной терминологии сасанидов назывались "кустами" (сторонами), стояли наместники- падгоспаны", назначаемые шаханшахом. Главный военачальник наместничества назывался спахбедом. Иногда один и тот же человек был и наместником, и военачальником. По этому административному делению Албания вместе с Атропатеной входила в Северную четверть, называемую "Адурбадаган (Азербайджан) куст". Ибн Хордадбех сообщает, что Адурбадаганский куст наряду с Азербайджаном, Арраном-Албанией и Арменией, включал в себя Рей, Думавенд, Табаристан, Руян, Дихистан, Гилян, а также земли талышей, хазар, алан и др.

Помимо наместника, стоявшего во главе всего куста, были также марзбаны, управлявшие провинциями, входившими в состав куста. Они единолично ведали гражданскими, административными и военными вопросами в провинции.

Ирано-византийские войны и их влияние на политическую ситуацию Албании.
Деятельность католикоса Виро.
Приход к власти династии Михранидов.

Среди стран, входящих в состав Северного куста, Азербайджан, будучи страной особого стратегического значения, способной предотвратить нашествия хазар с севера и Византии - с запада, был в центре внимания сасанидских шахов. В 571 г. в результате расторжения договора между Ираном и Византией, заключенного всего три года назад, Албания, оставшаяся в сфере влияния Ирана, подверглась нашествиям со стороны Византии. Византиец Менандр в своем произведении "История" сообщает, что около 574 г. византийские войска вторглись в Албанию, и, встретив здесь сабир и алан, взяли у них заложников; в 576 г. они вновь вторглись в Албанию, но на этот раз заставили сабир и алан переселиться на правый берег Куры, чтобы "впредь оставаться на ромейской земле". Во время последней ирано-византийской войны, вновь вспыхнувшей в 603-628 гг., народы Албании подверглись новым испытаниям. В результате военных действий, завершившихся в пользу сасанидских войск, многие провинции, находившиеся в подчинении Византии, перешли Ирану.

В том же году албанский католикос Виро, воспользовавшись суматохой, вызванной началом войны, поднял своих сторонников на борьбу против ненавистного режима сасанидов. Однако, карательные отряды, направленные на Албанию Хосровом II, жестоко подавили это восстание. Виро, сумевшему скрыться, удалось бежать в столицу Сасанидской Империи Ктесифон (Медаин), где лишь благодаря заступничеству жены Хосрова II, христианки Ширин, он не был казнен как другие повстанцы. По приказу шаханшаха он должен был оставаться в Ктесифане в пожизненной ссылке, причем с сохранением за ним титула католикоса. Несмотря на это, покровительство Ширин позволило Виро принять активное участие в политической и религиозной жизни своей страны.

В 612-613 гг. Виро принял участие в Персидском церковном соборе, созванным по инициативе Хосрова II. Представители двух враждующих толков (монофизитского и диофизитского), собравшиеся на этом соборе, должны были выявить сущность халкедонского и антихалкедонского учений и прийти к определенному решению. На соборе, в отличие от диофизитства, монофизитство было провозглашено в качестве официально признанного христианского вероисповедания. Однако, последующие страницы истории Албании свидетельствуют о том, что именно со времен католикоса Виро албанская церковь, как и византийская и грузинская церкви, занимала халкедонскую (диофизитскую) позицию. Благодаря усилиям Виро, Хосров II дал распоряжение о даровании албанским князьям из династии Михранидов титула "господина Гирдимана и князя страны Албанской". Впервые этот титул в 627 г. был присвоен первому албанскому князю Вараз Григору, крещенному в Ктесифоне самим Виро.

В 623 г. византийский император Ираклий (610-641) после неудачной попытки добиться перемирия, собрав огромное войско и перейдя через Колхиду, Иберию и Армению, вступил в пределы Азербайджана; здесь он сначала овладел Нахчываном, а затем, перейдя через Аракс, взял и саму столицу Атропатены - Газаку, разрушив находившиеся здесь храмы огнепоклонников. Захватив огромное количество пленных и драгоценностей, Ираклий вступил в Албанию, где он намеревался провести зиму. Вот что писал по этому поводу Моисей Каланкатуйский: "Когда греческая армия прибыла в несметном количестве, она расположилась лагерем близ быстрого потока, на окраине села Каганкайтук. Она попрала и опустошила прекрасные виноградники и поля, через которые проходила. Выступив оттуда, они расположились лагерем у потока Трту (Тертер), близ деревни Дивтакан".

Из арабских, византийских и местных источников явствует, что в 627 г, в разгар ирано-византийской войны у стен осажденного Тифлиса Ираклий встретился со своими новыми союзниками - хазарами и заключил с ними договор. По сведениям Моисея Каланкатуйского "хазары с несметными полчищами производили набеги по стране нашей (Албании) по повелению Иракла". Вторгшись в страну, хазары первый удар обрушили на Дербенд. После продолжительной осады они разрушили его "дивные стены, для построения которых цари персидские изнурили страну нашу, мобилизуя архитекторов и изыскивая много различных материалов". При взятии города хазары столь жестоко обошлись с его жителями, что среди населения Албании началась паника. Масса людей, побросав свои жилища и имущество, устремилась в столицу страны Партав, но страх перед "хищными волками" был настолько велик, что народ стал искать укрытия в неприступных горах Арцаха. Однако хазары, взяв Партав и "сведав о происшедшем, преследовали бегущих и догнали часть их". Оккупировав территорию Албании, хазары двинулись к Тифлису, где встретились с армиями императора Ираклия. Что касается сасанидского марзбана в Албании Семы Вштниса, то он "взяв с собой все свое имущество и похитив многое из страны, спасся и бежал в страну персидскую".

В 628 г. после убийства Хосрова II к власти пришел его сын Шируйа (Кавад II), который немедля освободил всех заключенных, содержавшихся по приказу его отца в дворцовой тюрьме, в т.ч. и католикоса Виро. Вернувшись после 25-летней ссылки на родину, разгромленную хазарами и брошенную на произвол марзбаном, он стал единственной реальной политической силой. Чтобы предотвратить окончательньй развал страны, Виро, с одной стороны, обращается за помощью к Ирану, втянутому в борьбу за престол, а с другой, - в марте-апреле 629 г. прибывает в ставку сына хазарского кагана Шата, возглавившего в свое время поход хазар в Албании. Однако хазары, поняв двусмысленную политику Виро, прервали переговоры и подвергли Албанию новым, еще более разрушительным набегам. Посоветовавшись с влиятельными людьми страны и высокопоставленными должностными лицами, Виро вновь прибыл в лагерь Шата близ Партава. Таким образам, в конце 629 - начале 630 г. Албания, все еще оставаясь в составе Сасанидской Империи, одновременно, была подвластна и хазарам, которым она уплачивала дань.

Но нищета и болезни, вызванные грабежами и разрушениями, сделали свое дело. Говоря словами Моисея Каланкатуйского, Албания была захвачена "тремя полководцами - Голодом, Мечом и их помощником Смертью". Тысячи людей, в т.ч. католикос Виро становятся жертвами эпидемии. Однако немного спустя, т.е. в 630 г., внутренние распри, начавшиеся в Тюркском Каганате и положившие конец господству тюрков на Северном Кавказе, покончили и с господством хазар в Албании. Это событие, а также значительное ослабление в результате ирано-византийской войны обеих воюющих сторон способствовали восстановлению политической самостоятельности Албании; к власти приходит династия Михранидов, первым представителем которых стал правитель Гирдимана Вараз-Григор (628-642), получивший титул князя Албании еще при Хосрове II.

По сведениям источников, родоначальник этой династии Михран, имевший родственные связи с Сасанидами, опасаясь Хосрова II, расправлявшегося с убийцами своего отца, взяв с собой 30 тыс. семей и надеясь объединиться с хазарами, еще в конце VI в. отправился в Албанию. Понимая, что этот союз с хазарами будет представлять угрозу для Сасанидов, Хосров II разрешил Михрану поселиться в любом месте Албании. По словам Моисея Каланкатуйского, Михран "выступил на север области Гирдиман и коварно призвал к себе двенадцать ее правителей, предал их мечу и завладел страной".

Подобным же способом действовал и внук Михрана Вардан Храбрый; с целью узурпации власти он заманил к себе на пир 60 представителей местного албанского рода Араншахов и "подал им", по выражению Моисея Каланкатуйского, "гибельный обед, смешав их кровь с едой". Оставил он в живых лишь своего зятя - Зармихра Араншаха. Таким образом, в Албании, по словам В.В. Бартольда, "вновь восстанавливается албанская национальная династия, но персидского происхождения". Однако, лишь при Вараз-Григоре, внуке Вардана Храброго, гирдиманские правители сумели добиться распространения своей власти по всей Албании, а марзбанский режим, длившийся с небольшими перерывами с 510 по 628 г., был упразднен. Итак, если Южный Азербайджан (Адурбадаган) накануне арабских походов оставался, как и прежде, марзбанством Сасанидской Империи, то Северный Азербайджан (Албания), все еще находясь в сфере влияния Ирана, сумел сохранить как свою политическую самостоятельность, так и своих правителей из рода Михранидов, оставшихся у власти до начала VIII в.